Академик Е. И. Ушакова


Товарищ Белецкий, заведующий кафедрой философии
МГУ, очень хорошо рассказал о том, какое существует положение в МГУ с
мичуринской генетикой. Меня чрезвычайно удивил тот факт, что в нашем
советском вузе, наряду с кафедрой философии, которая должна привить
марксистско-ленинское мировоззрение, мирно сожительствует кафедра другая,
отстаивающая, в противовес марксистско-ленинской философии, идеалистические,
реакционные течения.

Товарищ Белецкий между прочим заметил, что так же, как и мы, т. е.
Академия, они терпимо относились к этим вредным течениям в биологической
науке (морганизму-менделизму). Но от философов наших много больше, чем от
других, требуется воинствующего материализма, и совершенно непонятно, как
можно было мириться с теми фактами, которые здесь приводились.

Товарищ Белецкий сказал, что генетическая наука, которая
разрабатывается у нас в университетах на кафедрах и в некоторых институтах,
выглядит очень "высокой наукой"; наука, которая себя называет и считает
действительно теоретической наукой, выше, чем та наука, которая создается
практиками.

Мы очень уважаем науку, но лишь до тех пор, пока мы чувствуем, что эта
наука открывает нам перспективы. А что дала нам наука, которую мы называем
моргано-менделевской генетикой, что она нам сулила и что она нам еще сулит?
Она сулила в свое время многое, но ничего не дала. Сейчас эта "наука" опять
нам много сулит, но вряд ли что может дать.

Грибовские селекционеры всегда считали себя очень скромными
работниками-практиками. Они изучали исходный материал и работали по
улучшению старых и выведению новых сортов. Результаты работы нашей станции
известны всей стране, и они использованы всей страной. Но были годы, когда
"высокая" наука морганистов-менделистов заставляла сворачивать с прямого
пути потому, что казалось, что за этой высокой наукой кроются какие-то
перспективы. Однако два-три года работы по методике моргано-менделевской
генетики обнаружили ее вредные результаты.

Узкородственное разведение, которое было введено с целью получить
быструю морфологическую выравненность сортов, сразу обнаружило свои
исключительно вредные последствия: резко снизились урожайность и
устойчивость растений против неблагоприятных условий внешней среды.
Грибовские селекционеры, заметив такой дефект, сразу отвернулись от этого
учения и стали работать так, как считали правильным, как учит нас Мичурин.

У меня обстоятельства сложились так, что я раньше изучала работы
Дарвина, Тимирязева, Вильямса, Мичурина, а затем ознакомилась с теорией
морганистов-менделистов. При ознакомлении с этой теорией у меня было
впечатление такое же, как и при изучении идеалистических философских
концепций. Все в этих концепциях шиворот-навыворот. Так же точно, как
нормальному человеку трудно понять и осмыслить, что весь видимый мир не есть
объективно, вне нас существующая реальность, а только наше представление о
нем, только результат нашего восприятия, так же трудно понять, как приложить
к практике моргано-менделевские теории.

Сознаюсь, что в свое время я очень долго билась над тем, чтобы понять,
как люди создали идеалистические концепции, как можно было додуматься до
таких "теорий". В конце концов я поняла одно: вероятно, это происходит
потому, что авторы идеалистических концепций сами никогда не создавали, а
лишь занимались умозрительными теориями. Такое же впечатление производят
морганисты-менделисты: они никогда не ставили перед собой задачи создания
новых сортов растений и новых пород животных, а только занимались изучением
"механизма" наследственности, и это увело их далеко от настоящей науки, той
науки, которая требуется для практики.

"Высокая наука" часто затирала то, что делали селекционеры. Не даром
существовало у нас два термина: "теоретическая селекция" и "практическая
селекция". Практическая селекция представляла собой нечто низменное и
доступное каждому человеку: отбирать, высаживать, выращивать семена, а
теоретическая -- разрабатывала "высокие основы" улучшения пород, выведения
новых сортов; под теоретической селекцией понималась теория
морганистов-менделистов.

Товарищ Сталин говорит, что теория становится беспредметной, если она
не связывается с революционной практикой, точно так же, как и практика
становится слепой, если она не освещает себе дорогу революционной теорией.
Революционная теория -- это теория, изменяющая мир, перестраивающая его.

Что же в этом отношении представляет собой генетика
морганистов-менделистов? Насколько же они отстали от революционной советской
практики в создании новых сортов растений и пород домашних животных!
Благодаря созданию новых сортов растений освоены Заполярье, пустыни, страна
становится цветущим садом, и пока морганисты трудятся над дрозофилой,
выведена исключительная по продуктивности, замечательная костромская порода
коров, с годовым удоем до 14 тысяч литров молока, новые породы овец, созданы
сотни новых сортов растений. А где вклад морганистов-менделистов в практику
социалистического сельского хозяйства? Может быть, они накапливают еще силы?
Но в таком случае слишком длителен этот срок. Пора бы не копить силы, а
отдавать на общее благо свои достижения.

Многие из вас хорошо помнят 1934, 1935, 1936 и 1938 гг., когда особенно
яростно шла дискуссия по поводу основных вопросов дарвинизма, которые
ставились академиком Т. Д. Лысенко. В эти годы позиции противников,
казалось, были довольно сильны, ряды их были достаточно многочисленны и они
дружно ополчились против творческого дарвинизма, идея и разработка которого
была поставлена на очередь дня Т. Д. Лысенко. Морганисты-менделисты не
скупились при этом на самые недостойные выражения, клевету, запугивания
молодых кадров ученых тем, что мировая наука не потерпит того, что Т. Д.
Лысенко отрицает ген -- носитель вещества наследственности. Тех, кто
разделял учение Т. Д. Лысенко, его теорию, называли невеждами, недоучками.
Эти слова всегда были в арсенале мракобесов, чтобы давить все свежее, все
творческое. Практика однако показала, на чьей стороне была правда жизни и
революционная теория. Несмотря, однако, на сравнительно большой срок,
истекший с тех лет, в наших вузах с кафедр генетики продолжается пропаганда
мракобесия. Иначе это назвать нельзя.

Голос с места. Правильно!

Е. И. Ушакова. Кто дает право этим "ученым", "педагогам", называющим
себя советскими людьми, калечить и отравлять ум и душу молодых специалистов!
Приходя к нам (а мы встречаемся с десятками и сотнями молодых воспитанников
Тимирязевской академии), они, оказывается, являются противниками
мичуринского учения. Как они могут быть хорошими работниками сельского
хозяйства, когда у них основа отношения к живым организмам идеалистическая?
Об этом затуманивании мозгов прекрасно рассказал и тов. Белецкий,
нарисовавший картину того нестерпимого положения, когда в университете
студенты ополчаются против материалистической философии потому, что эта
философия не признает моргановской генетики. Студенты -- наши будущие
советские специалисты, идеологически воспитываются в духе, чуждом советскому
обществу, нашей науке и практике! Как могли дойти до этого? Не пора ли за
это отвечать и отвечать по-серьезному?

В наших вузах преподается история партии, курс ленинизма и рядом --
моргановская генетика! Это -- уж полное пренебрежение и не только
пренебрежение, а дискредитирование достижений наших великих
ученых-дарвинистов. И правильно здесь поставил вопрос товарищ Авакян: не
пора ли положить этому конец, не пора ли порекомендовать нашим противникам,
если они не собираются овладеть марксистской теорией и материалистическим
мировоззрением, быть подальше от науки.

Теория морганистов-менделистов полностью провалилась. Приведу одни
факт. В 1935 г., когда в Краснодарском крае были выращены тонны семян редиса
Ледяная сосулька, оказалось, что редис шел в стрелку до образования
корнеплода. Этим вопросом (почему редис идет в стрелку) интересовались
многие ученые и учреждения. Селекционер Агапов провел исследования и
установил, что редис может итти в стрелку при скрещивании его с дикой
редькой. Установив этот "порок", Агапов предложил такой способ избежать его
в семеноводческой работе: редис надо высаживать как пересадочную культуру и
очищать его от гибридов с дикой редькой, которая рано начинает цвести и
выбрасывать стебель. К каким последствиям это привело? При попадании гибрида
редиса с дикой редькой в семенной редис (что устанавливают методом
грунтового контроля) семена бракуются и не допускаются для высева на
семеноводческих посевах. Но так как Грибовская станция находится в зоне
огромного распространения дикой редьки, то в выращенных здесь семенах элиты
неизбежны примеси (хотя бы в долях процента) семян гибридов. И если в
семенах будет всего лишь 0,2-0,3% семян гибридов, то такие семена, даже при
наилучших их качествах, уже считают не пригодными для семеноводческих
посевов. Те, кто настаивает на выбраковке таких семян, уверены, что если
даже корнеплод редиса, выращенный из этих семян, не идет в стрелку
преждевременно, то ему все равно присущи (в скрытом виде) свойства дикой
редьки, и что если даже очистить посевы от гибридов, различимых от редиса по
внешним признакам, то и из нормальных корнеплодов вновь вырастут гибридные
растения. Вольно было Агапову разоблачать это дело. Раньше этот гибрид
принимали за дикую редьку и выпалывали его вместе с сорняками, теперь же мы
страдаем от этого открытия.

Морганисты-менделисты и их сторонники запугивают молодых научных
работников -- приверженцев мичуринской генетики. Я знаю несколько случаев
защиты диссертаций в Сельскохозяйственный академии имени К. А. Тимирязева,
когда диссертанты не находили оппонентов-рецензентов. Так было, например, с
тов. Алексеевой, в диссертации которой освещался вопрос вегетативной
гибридизации, с тов. Юриной, диссертация которой пролежала целый год лишь
потому, что называлась "К разработке методики вегетативной гибридизации в
семействе тыквенных". Ровно год назад тов. Юрина искала рецензентов и никто
не брался рецензировать; наконец, рекомендовали: "Измените название,
...зачем писать "вегетативная гибридизация", напишите "изучение прививок".
Не лучше было и с моей диссертационной работой по той причине, что анализ
поведения овощных растений в озимых посевах я провела с позиций стадийного
развития растений. В течение полугода длились поиски рецензентов, и я
благодарна И. Г. Эйхфельду, что он выручил меня и дал рецензию на мою
работу. И так везде и всюду. Очень легко присуждаются степени кандидатов и
даже докторов лицам, биологические исследования которых соответствуют
морганистско-менделистским концепциям, и очень трудно было продвинуть
работы, которые построены на основе творческого дарвинизма -- мичуринской
генетики. Думаю, что пора этому положить предел.

Остановлюсь на отдельных исследованиях Грибовской селекционной станции.
С тех пор как селекционеры станции покончили с некоторыми своими ошибками,
вроде узкородственного разведения, продуктивность работы значительно
повысилась, создано большое количество новых сортов, которые находят
успешное применение в производстве. Приведу несколько примеров преодоления
того, что, по утверждению "правоверных" генетиков, считалось трудно
преодолимым.

А. В. Алпатьевым с 1932 по 1937 г. создан новый тип томатов --
штамбовых, скороспелых, высокопродуктивных, с хорошими плодами. (Показывает
образцы плодов.) Были такие формы раньше? Нет, таких форм не было; наоборот,
утверждали, что вообще немыслимо создать штамбовые сорта томатов, которые
были бы скороспелыми и обладали бы крупным плодом. Вот исходная родительская
форма (показывает образец плода), очень позднеспелый, мелкоплодный сорт, а
других, лучших в то время не было. Таким образом, приведенное утверждение
морганистов-менделистов под напором мичуринских методов селекции оказалось
несостоятельным. Нужна для производства скороспелая форма штамбовых томатов?
Конечно, да, потому что она в противовес существующим формам, ветвящимся,
образующим огромное количество пасынков, которые падают без подвязывания
(или без подпорок), позволяет вести обработку почвы почти на протяжении
всего вегетационного периода, не требует затрат труда на пасынкование, на
прищипки, на подвязки стеблей; в то же время она высокоурожайна, обильно
завязывает плоды даже в годы мало благоприятные (с пониженными
температурами).

В колхозе имени Ильича, Кунцевского района, Московской области,
вырастили в прошлом году урожай томатов в 65 т с гектара.

Сорт томатов, выведенный А. В. Алпатьевым, -- первенец данного типа. За
ним последовали другие скороспелые сорта того же типа, но с более
укрупненным плодом, например, сорт Плановый, хотя и несколько более
позднеспелый, но с очень крупным и прекрасного вкуса плодом и
высокоурожайный.

На этом не остановились: надо было создать скороспелые сорта с более
крупным плодом, и сейчас у А. В. Алпатьева уже имеется ряд гибридов, таких
же скороспелых, как и первый выведенный им сорт, но с более крупными
плодами. Вот еще одни из новых сортов (показывает образец плода) --
скороспелый, крупноплодный, он называется Штамбовый крупноплодный, дает
прекрасные плоды высокого качества и очень скороспелые.

Все это, однако томаты рассадные. Наиболее широкое распространение
культуры томатов может быть достигнуто в том случае, когда мы дадим сорта,
не только скороспелые рассадные, но и такие, которые можно высева ь прямо в
грунт или на рассадные гряды, сорта, выносливые к весенним понижениям
температуры и завязывающие плоды во влажные годы с пониженными
температурами, частыми в нашей местности.

Такая задача была поставлена сравнительно недавно и уже разрешена А. В.
Алпатьевым, который вывел ряд сортов грунтовых томатов. Вот один из
родителей этих грунтовых томатов (показывает образцы): сорт Лучший из всех,
взят из посева семенами. Очень сильное растение, плоды на нем есть, но
только-только начинают еще завязываться. И вот сорт Грибовский грунтовый
(показывает образец), одним из родителей которого является Лучший из всех.
Посев произведен в грунт 8 мая; сейчас имеются бланжевые плоды, а на днях
будет производиться сбор плодов. Урожайность доходит до 8 кг с куста, с
гектара -- до 140 т. Новый сорт грунтовых томатов переносит, по нашим
наблюдениям, заморозки в 2-3° без повреждений, а многочисленные опытники
пишут нам, что эти томаты переносят заморозки в 5-6-7°.

Вот другой сорт скороспелых томатов (показывает образец) --
Грунтовый-скороспелка, такой же обильно плодоносящий, с хорошими плодами.
Есть сорта грунтовые с более крупными плодами, но они будут чуть-чуть более
позднеспелыми, чем эти два сорта.

Как они выведены? Молодые гибридные сеянцы выращивались в условиях
открытого грунта ранним посевом, в начале мая. Проводилась жесткая браковка
всех растений по признакам здоровья, скороспелости, урожайности и качества
плодов.

Грунтовые томаты оказались, между прочим, наиболее скороспелыми в
рассадной культуре, созревающими быстрее, например, сорта Бизон (нашего
самого раннего сорта) на 8-10 дней, и теперь они уже используются колхозами
не только в грунтовой, но и в рассадной культуре. На достигнутом не
останавливаемся.

Став на путь широкого внедрения под Москвой южных растений, мы пошли
дальше: вслед за томатами мы начали работы с баклажанами и перцами. Вот куст
баклажана Ранний карликовый; техническая спелость плодов наступила уже 20
дней назад, т. е. примерно 10 июля. Урожайность, даже если снять по одному
плоду с куста, получается 15 т с гектара, а их бывает 7-8 плодов на кусте.
Та же картина и с перцами. (Показывает образцы.) Вот один из сортов --
Ранний круглый. Плод технически давно готов; это уже семенная спелость.
Очень красивый, круглый, но некрупный плод. Вот немного более позднеспелый
сорт, но плод более крупный. Это -- Отборный северный. Техническая спелость
наступила 10 дней назад. Таким образом, южные культуры не являются для нас
недостижимой мечтой.

Еще один пример, подтверждающий, что некоторые "прочие корреляции"
оказались преодолимыми: существовало убеждение, что крупный боб у сахарных
горохов связан с длинным стеблем и что такую корреляцию разрушить
невозможно. А вот новый тип растения (показывает образец) -- сахарный горох,
полукарлик или почти карлик с огромными бобами. Так что указанной
корреляции, как непреодолимой, не существует.

Наконец, работа (которой мы заняты уже в течение девяти лет) по
выведению дынь для Московской области. Мы поставили себе задачу вывести
такие дыни, которые были бы доступны для возделывания в любом колхозе и
совхозе. Вообще в выращивании дынь нет ничего необычного. Их можно,
например, выращивать из тепличной рассады, перенесенной затем в парники, с
последующей защитой от холодов, и другими способами. Но культура дынь только
тога будет широкой, подлинно массовой, когда она будет еще более простой.
Этим я не исключаю высокую агротехнику, а имею в виду лишь меньшие затраты
труда.

Работая сложным методом вегетативной и половой гибридизации и,
одновременно, применяя воспитание гибридов в условиях открытого грунта, мы
получили дыни, которые сейчас хорошо растут в Московской области. Во всяком
случае, в этом году десятки колхозов выращивают дыню Грибовскую грунтовую --
кто высевом семян в грунт, а кто в рассадной культуре; случаев неудачной
культуры мало. В рассадной культуре дыня Грибовская грунтовая начинает
созревать 1 июля, и колхозники говорят, что плоды получаются хорошего
качества, хотя это -- сорт-популяция, дающая, наряду с прекрасными плодами,
плоды невкусные, но хорошие по внешнему виду. Работа с этой дыней еще не
закончена, но уже сейчас ясно, что эта дыня ведет себя лучше, чем южные
привозные дыни.

Вот другой сорт -- дыня Грибовская 13. Он поспевает позднее, имеет
более длинный вегетационный период, чем Грибовская грунтовая. Дыня
Грибовская 13, высеянная 15 апреля в теплице или парниках, была высажена в
грунт 20 мая и поспела 14 июля. Таким образом, она является очень
скороспелой дыней. Замечательно, что она ничем не болеет, очень устойчива и
вынослива. (Показывает образец.) Здесь создана форма растения, которой в
природе вообще не встречается. Вот дыня, а вот арбуз: плод у арбуза
завязался над 4-м листом, тогда как самые скороспелые сорта арбузов
завязываются над 8-9-12-м листом, а позднеспелые над 22-24-м листом. У нас
есть растения, на которых плод завязался над 2-м листом. Это создает ту
скороспелость, которая в наших условиях необходима. Вот растение из посева 2
июня: плод небольшой (есть гораздо более крупные плоды); такой плод вполне
вызреет к концу августа, как и плод дыни.

Скороспелость Грибовской грунтовой дыни объясняется и тем, что создана
совершенно новая форма растения: вот ось первого порядка, на которой, после
первого листа завязался плод; посеяна 2 июня сухими семенами в грунт; через
10 дней начинается массовое созревание. В прошлом году мы получили между
15-31 августа 2 т зрелых плодов с 0,1 га без специального утепления грунта,
в обычной культуре с внесением и запашкой лишь 50 т навоза на 1 га (как
обычно поступают при выращивании огурцов).

Можно было бы привести еще многие другие работы, которые являются
прямым воплощением заветов И. В. Мичурина о создании новых сортов
сельскохозяйственных растений.

Практика многих научных учреждений, где создаются новые сорта растений
и новые породы животных, подтверждает, что единственно действенной,
революционной, жизненной теорией является теория Мичурина, Тимирязева,
Лысенко. Эта теория, за дальнейшее развитие которой энергично борется Т. Д.
Лысенко, проверена практикой и представляет единственно правильный путь
развития советской биологической науки.

Все остальное нами должно быть отметено с пути, как вредное,
задерживающее наше движение вперед. (Аплодисменты.)


Академик П. П. Лобанов. Слово имеет академик тов. Г. П. Высокос.


Hosted by uCoz